Эксперты «Палюлин и партнеры» прокомментировали решение суда об авторских правах на ИИ-изображения

Источник: Comnews

Пресненский районный суд Москвы вынес решение, которое может стать ориентиром для всей российской правоприменительной практики в сфере интеллектуальной собственности: изображения, созданные с помощью искусственного интеллекта, не были признаны объектами авторского права. Истец пытался взыскать компенсацию с предпринимателя, который без разрешения использовал сгенерированные нейросетью картинки на коммерческой продукции, однако суд счел творческий вклад человека недоказанным. Эксперты юридического бюро «Палюлин и партнеры» проанализировали это дело и объяснили, какие критерии определяют охраноспособность ИИ-контента и почему устойчивая судебная практика по таким спорам пока не сформировалась.

Дело поступило в суд еще в 2024 году, а решение было вынесено в 2025-м. В 2026 году истец подал апелляционную жалобу. Суть спора: мужчина создал два изображения - «Мона Лиза с вином» и «Статуя Свободы с вином» - с помощью искусственного интеллекта, доработав классические произведения. В первом случае он изменил положение руки, лицо, добавил объем волосам, мешки под глазами, патчи, накрасил ногти и сгенерировал бокал с вином. Во втором - заменил факел в руке Статуи Свободы на бокал, изменил фон. Ответчик, индивидуальный предприниматель, использовал эти изображения на футболках, худи, свитшотах и термостаканах, продаваемых на своем сайте.

Истец обратился в суд с требованием взыскать компенсацию за нарушение исключительных прав на произведения дизайна. Однако ответчик иск не признал, заявив, что незначительных изменений в оригинальных произведениях недостаточно для признания результата творческой деятельностью. Суд согласился с этой позицией, указав, что ИИ не прилагает творческих усилий, поскольку у него нет сознания. Кроме того, внесенные истцом изменения не являются новаторскими: подобные образы использовались в искусстве и медиа задолго до создания спорных объектов.

«Этот образ использовался многими лицами задолго до даты создания спорного объекта (в том числе Джоконда изображалась с бокалом шампанского, кружкой пива и т.д.), - сказано в решении суда. - Идея замены факела в руке Статуи Свободы на бокал вина также не нова (множество изображений Статуи Свободы с бокалом вина, шампанского, пива и т.д.)».

Ключевой вывод суда: дача команд искусственному интеллекту представляет собой простые механические действия исключительно технического характера. «В данном случае дача команд компьютерной программе применить уже существующую идею (неоднократно реализованную) к ранее существующему произведению не может расцениваться как творческий вклад», - указал суд. При этом суд подчеркнул, что получение авторско-правовой охраны на объекты, созданные с помощью технических средств, зависит от процесса создания, а именно - от наличия творческого характера работы.

Юристы отмечают, что для признания произведения объектом авторского права оно должно быть результатом творческой деятельности человека согласно статье 1259 ГК РФ. Результаты, полученные с помощью технических средств без творческого вклада человека, например, автоматическая фото- или видеосъемка, объектами авторского права не являются. Об этом рассказал руководитель направления "Интеллектуальная собственность и СМИ" юридического бюро "Палюлин и партнеры" Магомедали Алиев. Он пояснил, что точных критериев творчества в российском законодательстве нет, однако суды часто оценивают творческий вклад по следующим признакам: наличие авторского контроля над выражением произведения, наличие оригинальной идеи, самостоятельный творческий выбор и личный творческий вклад в процесс создания.

При этом в разъяснении Пленума Верховного Суда № 10 от 2019 года сказано, что отсутствие новизны или уникальности не исключает охрану созданного объекта. На это обратила внимание юрист практики интеллектуальной собственности и технологий Right side Александра Криволап. Она также подчеркнула, что результат предполагается созданным творческим трудом, пока не доказано иное, произведение может быть создано с помощью технических средств, а охрана исключается только тогда, когда технические средства действуют при отсутствии творческой деятельности человека.

«Важно не то, насколько активно использовалась программа, а был ли у человека творческий вклад», - сказала Александра Криволап. Она добавила, что Пресненский районный суд не установил общего запрета на охрану ИИ-работ, а лишь счел вклад истца недоказанным. В других случаях промпт может быть творческим действием. «Промпт нельзя заранее признать творческим или техническим действием, ведь все зависит от его содержания, степени детализации, количества итераций и дальнейшей работы человека с полученными результатами», - сказала Александра Криволап.

Руководитель ИТ-подразделения Агентства «Полилог», эксперт РОЦИТ Людмила Богатырева подчеркнула, что при анализе подобных случаев важна вся история создания: исходные материалы, последовательность запросов, промежуточные варианты, выбор композиции и ручная доработка. CEO, руководитель практики юридической компании i-Legal Мария Ордовская-Танаевская напомнила, что произведение не обязательно должно быть сложным, чтобы считаться объектом авторского права. Она привела в пример «Черный квадрат» Казимира Малевича и «Банки с супом Кэмпбелл» Энди Уорхола.

«Формально закон не требует от произведения быть сложным или технически изощренным - простота формы не исключает охраны. Традиционно суды презюмируют творческий характер и требуют доказательств обратного, а не наоборот, - сказала Мария Ордовская-Танаевская. - Но с ИИ-генерациями суды на практике действуют иначе: сама простота идеи ("заменить факел на бокал вина") становится аргументом против творческого характера. Если для традиционного произведения презумпция творческого труда работает в пользу автора, и оппоненту нужно доказывать обратное, то для ИИ-контента суд, по сути, перекладывает бремя доказывания на автора».

Эксперт рекомендовала авторам, работающим с ИИ, сохранять промпты, цепочки итераций, версии файлов с правками, а в идеале - видеозапись процесса, чтобы доказать «свободный творческий выбор». Соруководитель практики интеллектуальной собственности и цифрового права SL LEGAL Шермет Курбанов отметил, что сложность данного дела заключается в отсутствии универсальных критериев для оценки степени участия автора при использовании ИИ, в отличие от традиционных объектов, таких как фотографии или программы для ЭВМ.

При этом российские суды уже признавали объектами авторского права произведения, при создании которых использовался ИИ. Одно из наиболее известных дел - о ролике с дипфейком актера Киану Ривз. В 2023 году Арбитражный суд Москвы рассмотрел дело о видео, где дипфейк использовался в рекламе без разрешения авторов. Ответчик утверждал, что видео создано с помощью ИИ и не является объектом авторских прав, однако суд взыскал компенсацию 500 тысяч рублей, указав, что дипфейк - дополнительный инструмент обработки видеоматериалов, а не способ их создания.

«В отличие от дела "Моны Лизы с вином", где суд не признал творческий вклад человека, здесь ролик был результатом работы команды: съемка, сценарий, монтаж. Нейросеть использовалась как вспомогательный инструмент, а не как генератор контента», - объяснила Людмила Богатырева. Магомедали Алиев также отметил, что изображение, созданное с помощью ИИ как инструмент обработки исходной фотографии, было признано объектом авторского права. Александра Криволап добавила, что охрана предоставлялась и изображениям, в которых генерация сочеталась с фотографией, 3D-моделированием, дизайном и ручной обработкой.

«Однако суды, как правило, не исследовали отдельно, достаточно ли самих промптов и отбора результатов для возникновения авторского права. В указанном деле суд впервые подробно оценил этот вопрос и признал команды нейросети техническими действиями, а личный творческий вклад истца недоказанным, в связи с чем отказал в защите. Поэтому устойчивая практика по произведениям, преимущественно созданным генеративным ИИ, в России пока не сформировалась», - отметила Александра Криволап.

По словам юриста практики интеллектуальной собственности K&P.Group Элины Поповой, регулирование результатов интеллектуальной деятельности, созданных с помощью ИИ, находится на стадии формирования и в других странах. Управляющий партнер адвокатского бюро ЮКАМ Ани Манташян подчеркнула, что общий международный вектор сходный: полностью автономный ИИ-контент обычно не признается объектом авторского права, а охрана возможна только там, где можно выделить человеческое творчество - в отборе, компоновке, доработке или модификации результата.

Решение Пресненского суда не запрещает защиту ИИ-произведений в принципе, но устанавливает высокую планку доказывания творческого вклада: авторам необходимо документально фиксировать каждый этап работы с нейросетью, чтобы подтвердить осознанное влияние на итоговый результат. Эксперты «Палюлин и партнеры» рекомендуют правообладателям заранее выстраивать стратегию защиты интеллектуальных прав на ИИ-контент, учитывая формирующуюся судебную практику и отсутствие единых критериев охраноспособности, поскольку именно от качества доказательной базы будет зависеть исход подобных споров.

Читать полностью